Что делал Минтимер Шаймиев 50 лет назад в Бикбулове?

«Минтимер Шаймиев. Биогра­фия продолжается...»  «На новой работе было непро­сто, но, как и на прежней, очень интересно. И здесь Шаймиев выступал инициатором решения многих назревших вопросов.

Взаимоотношения начальника с подчиненными — всегда осо­бая, деликатная тема. Ведь пер­вое, что обязан уметь сделать любой руководитель, начиная свою работу, это найти к людям должный подход. Приведем по этому поводу одну характерную историю, которая произошла с Шаймиевым.

Однажды к нему в кабинет ворвался малоизвестный тогда ему шофер Михаил Петров. А разбушевался он из-за отсут­ствия квартиры. Жил в тяжелых условиях, с двумя маленькими детьми. Накипело!

Прошло некоторое время, и так получилось, что этот же шо­фер совершил аварию на терри­тории Марийской Республики и там дожидался суда. По всей видимости, осознав, что на­прасно начальника тогда обру­гал, через товарищей попросил, чтобы коллектив помог ему. Ну­жен был толковый адвокат. Как раз был в коллективе подходя­щий для этого человек — авто­механик Эшпай не только пре­красно разбирался в правилах дорожного движения, но и знал марийский язык.

В результате Петров был оправдан. Вернулся домой и приступил к своей прежней ра­боте. Наступила зима. К концу года «Сельхозтехника» постро­ила несколько домов. Распре­делялось все строго по очереди. Жилья, как всегда, на всех не хватало... Возник определенный ажиотаж. И вот однажды при­ходит Минтимер Шаймиев на работу — на улице сильнейший мороз! — ему говорят, что во­дитель Петров взломал замок в одну из квартир подготовлен­ного к заселению дома и само­вольно занял ее со всем своим семейством.

Все растерялись: такого еще не случалось. Многие требова­ли немедленно разобраться с самозванцем самым решитель­ным образом. Это означало: се­мью на мороз, а хозяина суток на пятнадцать как минимум — за хулиганство. Ну что делать? Люди же все... Задумался Шай­миев и поехал к председателю горсовета товарищу Соловьеву. Отношения у них были не про­сто формальные, а взаимовы­годные: рабочие, когда требова­лось, «Сельхозтехника» помога­ла городу перевозить стройма­териалы, с троить дороги.

Здесь необходимо сделать небольшое отступление. Дело в том, что уже в те времена кое- где начинали использовать и рыночные подходы. Знали, что нарушают каноны плановой си­стемы, но иным путем построитьдороги, например, было просто нереально. Даже в черте горо­да, даже к «Сельхозтехнике» не подъехать: машины продолжали трястись по вековым у хабам...

Надоела Шаймиеву такая жизнь, и он решился. Нашел ка­рьер, поставил два экскаватора, бульдозер. Всех шоферов со­брал и разъяснил, что берутся за строительство подъездной дороги и все будут после каж­дой поездки за гравием полу­чать деньги сразу и н аличными.

Конечно, такой подход про­извел настоящий фурор. Тогда подобный способ оплаты не то что не практиковался — за такое могли посадить года на три. Но Шаймиев был молод, да и рас­суждать некогда... Одно у него на уме: дело-то очень нужное! Экскаваторщикам установили такую же норму оплаты. Кассир управления с деньгами там же, в карьере, сутки напролет прово­дил вместе со всеми: прямо на месте с каждым водителем и ра­бочим расплачивались. Пылища — столбом! Весь город неделю в пыли... Все думали-гадали: что творится? И тут увидели: «Сель­хозтехника» построила пре­красную гравийную дорогу, ра­бочие полили ее битумом, стали ездить. Первую дорогу сделали за неделю. Первый секретарь райкома и председатель испол­кома были изумлены: оказыва­ется, имелось немало решений о строительстве таких вот путей.

Рассказывает Минтимер Шай­миев:

– А я задумался о второй до­роге, со стороны другой маги­страли. Дальше — больше. С Сакиной как-то разговорились в выходной — если удавалось вдвоем посидеть за чашкой чаю, мы обсуждали и некоторые мои производственные дела. Она в тот день размечталась тоже о нормальной улице... Вот тогда- то я и пошел в горсовет, к пред­седателю Соловьеву. У него были деньги на городское бла­гоустройство, но они не всегда осваивались. Потому что техни­ки не было, любой строительный материал — дефицит. А у нас как раз вся техника практически есть... Говорю Соловьеву: «Да­вай проложим м ощеные дороги. От меня техника, стройматериа­лы, от города — деньги». Он аж просиял от избытка нахлынув­ших ч увств. « Да я , — г оворит, — тебе всё за это!..» Прекрасно. Мы нашли материал, всё за­везли, мастеров пригласили, технику, какую надо, задейство­вали. А ч ерез полтора года... Со­ловьева вовсю хвалят, ставят в пример другим градоначальни­кам: «Надо же, какие дороги в Мензелинске строятся!..»

Вот тут-то Шаймиев и выложил Соловьеву историю с шофером Петровым. Сказал примерно следующее: хочешь не хочешь, можешь не можешь, но, пожа­луйста, поддержи. Моему ра­ботнику нужна квартира, иначе с человеком что угодно может случиться, пропадет. Пред­седатель горсовета отвечает: «Готовых квартир у меня 6, но в данный момент лишних нет. Все расписано, по закону. Что тут можно придумать?» — «Надо придумать, — говорит Шайми­ев, — понимаешь, это тот самый случай, когда кровь из носа, а надо!» Насупился Соловьев, наконец, отвечает: «Есть одна полуподвальная квартирка, но там ремонт нужен...» Короче, уговорил Шаймиев его эту жил­площадь отдать Петрову. Тут же отправились смотреть, что она собой представляет. Квартира оказалась сухой, с отоплением, две коммунальные комнаты — очень даже прилично, во всяком случае, на первое время.

Шаймиев вернулся в свою кон­тору и вызвал к себе Петрова. Тот заходит бледный, смурной, глаза в пол. Шаймиев говорит: «Давай, садись. Спокойно пого­ворим». Садится Михаил, тяжко вздыхает, молчит. «Поступил т ы, конечно, плохо, — говорит на­чальник, — незаконно». Петров кивает и все молчит. Не ругает­ся. Слушает. Уже прогресс. «Но мы с председателем горсовета тоже не с Луны ведь свалились, понимаем твое положение. По­дыскали вот кое-что... Квартира, правда, полуподвального типа, но вполне сносная. Поможем с ремонтом, и живи в ней до полу­чения благоустроенного жилья, когда подойдет твоя очередь. А ту новостройку придется все- таки освободить...»

Сказал и смотрит на Петрова, а у того, здорового сурового му­жика, по щекам бегут с лезы, как у ребенка... Ремонт с делали, как и пообещал Шаймиев, без за­держки и качественно. Петров все понял правильно, а через несколько лет Шаймиев сам вру­чил ему ключи от новой благо­устроенной квартиры. После того случая Петров стал рабо­тать с большой отдачей, никаких проколов в дисциплине больше не совершал, стал передовиком производства. Также было за­метно, что люди одобрительно отнеслись к поступку своего ру­ководителя...»

Прочитав книгу и узнав по не­которым источникам, что этотМихаил Петров может быть еще жив, мы приступили к поискам. На днях в редакцию зашли жи­тели нашего города Фаим ага и Накира апа Лутфрахмановы. Их помощь оказалась очень весо­мой: они отвезли нас на своем автомобиле к дому, где живут Петровы.

Дильбар ханум Петрова:

– В то время, когда мой муж Петров Михаил Кузьмич рабо­тал в “Сельхозтехнике”, Мин­тимер Шаймиев был назначен туда управляющим. Однаждыон попросил Михаила Кузьмича, чтобы тот согласился стать его шофером. До сих пор помню, как мой муж рассказывал, что Мин­тимер Ш арипович б ыл о чень ч е­ловеколюбивым, гуманным. Им даже приходилось спать в одной кровати, когда они оставались на ночь в селах района. Во вре­мя работы в «Сельхозтехнике» Михаилу Кузьмичу построили дом по улице М.Джалиля из ста­рого сруба, привезенного из Ак­танышского района. Дом был на два хозяйства: соседом являлся его коллега Михаил Николаев. У них даже погреб был общий. Че­рез несколько лет они пересели­лись в другую квартиру по этой же улице, но только чуть повыше и с левой стороны. Его первая жена Гуляндам апа также многолет работала там завскладом. Мы жили с ним 15 лет, он умер 7 лет назад. Для всех он был лю­бимым “дядей Мишей”. Он был отзывчивым, добрым, имел от­личное ч увство ю мора, х орошо играл на гармони, пел татарские песни. Жива его сестра 1937 года рождения, она ежегодно посещает его могилу. Его млад­ший брат 1941 года рождения жил в Казани, но его тоже уже нет в ж ивых...

Вот такие сведения нам уда­лось разузнать. Но...

По словам работавшего в то время в «Сельхозтехнике» на бульдозере Фаима ага Лутфрах­манова, другого Михаила Петро­ва там не было. Как бы там ни было, эти воспоминания очень дороги д ля мензелинцев..